Сила привычки

Не будешь ли ты так добр подумать над вопросом: что бы делало  твое добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с нее исчезли тени?

Ведь тени получаются от предметов и людей. Вот тень от моей шпаги. Но бывают тени от деревьев и от живых существ. Не хочешь ли ты ободрать весь земной шар, снеся с него прочь все деревья и все живое из-за твоей фантазии наслаждаться голым светом?

М.Булгаков. «Мастер и Маргарита»

Те, кто помнит, чему их учили в школе, наверняка знают, что лягушка не видит неподвижные объекты. Также достаточно часто цитируют результаты эксперимента, при котором лягушка варится заживо, так и не удосужившись выпрыгнуть из кастрюли, если воду в ней нагревать очень очень медленно. Мы смеемся над результатами эксперимента, но, на самом деле, человек совсем недалеко ушел от этой лягушки. Ведь все базовые системы восприятия реальности, которыми мы владеем, развились еще тогда, когда предки человека даже толком не умели пешком ходить по земле. Многие ли из вас заметили, что двумя предложениями выше, слово «очень» было повторено дважды? Мы не заметив изменения, не заметили самого факта удвоения слов. Даже те, кто заметил удвоение, все равно вспомнят, что текстовый редактор специально подчеркивает такие случаи красненьким, чтобы обратить внимание несовершенной системы восприятия человека на ошибку, находить которую она просто не умеет.

Мы, точно также как лягушки, перестаем замечать запах в помещении, если пробудем в нем достаточно долго. Мы ощущаем температуру кожными рецепторами также только в виде сравнения с предыдущей и последующей. Попробуйте левую руку положить в миску с ледяной водой, правую в миску с горячей, подождать, пока кожа привыкнет, а затем одновременно положить руки в миску с водой комнатной температуры. Когнитивный диссонанс вам обеспечен.

Проводились эксперименты и на зрительное восприятие. Люди не видят очень медленных изменений в демонстрируемых изображениях. Также они не видят перемен, если им показывают два похожих изображения, разделяя их демонстрацию какой-то помехой[1]. Психологи проводили эксперименты, в которых покупатель не замечал, что продавец, который его обслуживает поменялся за то время, за которое он «наклонялся под прилавок». Также люди не могли заметить гориллу, гуляющую между людей, перебрасывающих друг другу мяч. Человеческое восприятие не совершенно, и мы совсем не видим очень много вещей и событий вокруг себя лишь потому, что мы не настроены их видеть. Они вырезаются из нашей реальности [2]. Но, в основном, мы перестаем замечать вещи, которые не меняются или меняются очень медленно. Если медленно «закручивать гайки» политических свобод, то общество даже не заметит, как окажется в тоталитаризме. Если медленно менять привычный вкус пищи, то никто не заметит перемен. Хотя, если продемонстрировать разницу, то она будет очень заметна. Все знают, что вкус хлеба в разных странах разный. Но никто не может сказать какой именно вкус у привычного, ежедневного, хлеба. Хлеб как хлеб.

Точно также и общение между людьми противоположного пола. Оно перестает восприниматься как хорошее или вообще существующее, если оно не развивается со временем. Люди, общение с которыми у нас не развивается, перестают исполнять роль внешнего раздражителя и стимулировать нас к какой-то реакции. В кругу наших друзей или нас самих есть примеры того как длительные отношения между мужчиной и женщиной, лишенные прогресса, переходят в состояние «дружба», как пара, долго живущая вместе, оказывается живет «слишком долго» и их отношения не приводят ни к браку, ни к рождению детей, и они расходятся, как супруги, которые обзавелись детьми, погрязли в быту и рутине и отношения медленно, но неумолимо остыли до нуля.

Но что такое прогресс в общении? Наши ближайшие родственники, шимпанзе-бонобо, которые нам настолько близки, что нам можно переливать их кровь, используют секс как средство коммуникации. И у нас тоже секс и действия сексуального характера являются инструментом коммуникации. Мы не занимаемся сексом только для продолжения рода. Мы его используем как декларацию близости и взаимного доверия. То есть, развитие общения между мужчиной и женщиной так или иначе направлено в сторону постели. И если это направление не выдерживается, если нет прогресса в отношениях, значит люди разойдутся.

Даже явно не претендующая на продолжение в виде сексуальной связи коммуникация между людьми обусловлена, в первую очередь, сексуальными мотивами. Мы настолько привыкли к сексу, что не замечаем его. Если секс возможен – то он происходит буквально. Если он невозможен, то он все равно в основе взаимодействия. Например, родственники — это как раз те люди, которые, как-то связаны между собой цепочками именно сексуальных взаимодействий. Мать родила дочь после секса с отцом. И дочь не занимается сексом с отцом и не просто не занимается, а это специально запрещенно, это вызывает внутреннее отторжение и это, само отрицание секса между дочкой и папой — в основе их отношений. Дочь и отец ведут себя совсем не так как сын и отец. Стоит подумать, например, почему дочери любят хлопать дверью именно в ссорах с отцами?

Женщины способны как-то участвовать в жизни общества и не быть покусанными самцами лишь потому, что они, в отличие от многих других видов животных, научились скрывать овуляцию и оставаться, таким образом, привлекательными для самцов все время, а не только раз в году. Мы все время, в общении между людьми, выясняем кто красивее, кто сильнее, кто тут главный, кто как выглядит и что одел. Мы покупаем 90% своих вещей исключительно для общественного взаимодействия = сексуального взаимодействия. Когда мы покупаем машину или платье, выбираем квартиру или идем в ресторан — встроенный в нас компьютер, нацеленный, в первую очередь, на эффективное размножение, постоянно подсказывает нам что и как делать.

Когда девушка ищет представителя противоположного пола «для общения», а не для секса, она обманывает, в первую очередь, себя. Общение перестает ощущаться как раздражитель, если оно не имеет прогресса. Свидание, второе, третье, ужин, поцелуи, обмнимашки, петтинг, секс, разнообразный и частый секс, совместное жительство, путешествия, дети, еще дети, новое жилье и другие ценные приобретения, образование детей, женитьба детей, внуки, пенсия, путешествия, правнуки. Вот маршрут или колея, способ встать на которую ищут те, которые хотят «просто общения». Это путь, где каждый шаг отличается от предыдущего и является прогрессом по отношению к предыдущему состоянию. Это путь, который, при правильном соблюдении ритма перемен, наполняет жизнь смыслом и счастьем. Это путь, который нам нравится. Нравится точно также как белочке нравится собирать орешки. Это наши инстинкты.

Точно также и молодой человек, если он начинает или поддерживает общение с девушкой, он целится дальше. Он всегда целится дальше. И если девушка начинает думать «дать или не дать», то на самом деле она думает о том, продолжать отношения или нет. С одной стороны, ее опасения, что «ему только одно от меня надо» вполне справедливы и, возможно, парень, соблазнив ее, бросит, но с другой, если она не позволяет отношениям развиваться, то расставание неизбежно не «возможно», а наверняка. Вопрос «дать или не дать» вообще не имеет смысла. Делай то, что приятно тебе, а не то, что выгодно или не выгодно твоему партнеру. Если хочешь переспать – переспи. Бросит? Ну так бросит. Лучше сразу понять это, чем пытаться взрастить в партнере «эффект влипания» и, при этом, «влипнуть» самой. Но именно сама постановка вопроса «дать или не дать» означает, что речь идет, в первую очередь, об уровне доверия к партнеру. Достаточно ли парень и девушка близки, чтобы при помощи секса, как ритуала, закрепить взаимную близость и доверие друг другу? И если такой вопрос поднимается, то ответ, скорее всего: «нет, не достаточно». При этом, это не значит, что не стоит вступать в интимные отношения. Это значит, что не стоит думать, что именно текущее состояние отношений позволяет доверять партнёру на 100%.

Слепота людей к вещам, которые неизменны или меняются слишком медленно, является, с другой стороны, не только причиной расставаний, но и единственной реальной возможностью для людей вообще сблизится друг с другом. Дело в том, что человек принадлежит к общественным животным, которые образуют иерархические сообщества и это, удивительным образом, мешает размножению, что, в свою очередь, требует выработку специфических поведенческих механизмов, предназначенных для обхода этих удивительных препятствий.

Удивительные препятствия возникают в том месте, в котором возникает само иерархическое сообщество. В отличие от пчел, муравьев или антилоп, людям не все равно, с кем они общаются. Они различают индивидов и выстраивают свое поведение по отношению к соплеменнику на основе его репутации – истории взаимодействий этого соплеменника с другими членам группы. Если муравей ведет себя со всеми муравьями одинаково и вообще не помнит «в лицо» своих собратьев по муравейнику, различая только общую принадлежность другого муравья к своей семье, то волк, гусь или человек помнит. Волк помнит, что к тому волку лучше не подходить, а вот этот труслив и его можно прогнать, не вступая в драку. В таких условиях, лидер не должен меряться силами со всеми членами стаи. Ему нужно будет поспорить всего с двумя-тремя соперниками, чтобы остальные волки поняли, что имеют дело с сильнейшим.

Вторым, кроме умения запоминать репутацию соплеменников, условием образования иерархических отношений в сообществе, является вообще само желание выяснять отношения друг с другом. Стая макрели не устраивает драки друг с дружкой и не выясняет, у какой макрели жабры толще. То есть, видам, образующим иерархические сообщества, свойственна внутривидовая агрессия. Агрессия, не направленная на представителей других видов, а направленная на своих же соплеменников. Наличие внутривидовой агрессии – эволюционное приобретение, позволяющее членам стаи оптимально распределяться на кормовой территории [3]. Это – полезное поведенческое приобретение, благодаря которому представители вида меньше конкурируют за еду. Степень агрессивности внутри вида зависит от способности членам стаи нанести друг другу вред. Чем сильнее вооружен хищник, тем в меньшей степени он будет пользоваться своими клыками и когтями для нанесения вреда представителю своего же вида. Агрессия агрессией, а убийства эволюция не поддержит. У людей «что-то пошло не так» и научно-технический прогресс предоставил в руки людей оружие, не адекватное существующим у людей инстинктивным ограничителям. Человек человека, без специальной тренировки, голыми руками вряд ли убьет или серьезно покалечит. Поэтому, инстинктивная регулировка уровня агрессии как бы «не в курсе», что вместо зубов и ногтей используется смертоносное оружие. Эволюция еще не скоро научится регулировать агрессивность у людей с учетом наличия у них сконструированного оружия.

Человек, казалось бы, сравнительно мирное существо. Мы не грызем друг друга на улице и умудряемся сравнительно спокойно стоять в очередях. Разумеется, в давке общественного транспорта или в той же очереди уровень агрессии, вызванной нехваткой территории, возрастает, но до реального выяснения отношений дело редко доходит. Дело в том, что мы живем в сообществах гораздо большей численности, чем способен наш мозг обработать. Реальная агрессия проявляется в «своем кругу», а не по отношению к чужим и незнакомым людям. Кажущаяся парадоксальность этого утверждения быстро рассеивается если вспомнить как «дружелюбно» выстраиваются отношения у близких родственников при дележе наследства. Также можно вспомнить, что сорок пять процентов погибших насильственной смертью, включая жертв войн и терактов, были знакомы со своими убийцами. Так что, чем меньше людей знаешь, тем больше шансов прожить долгую и счастливую жизнь.

Но наличие внутривидовой агрессии и есть тем самым удивительным препятствием, которое просто мешает сблизится двум особям не то что для продолжения рода, но даже для общения. С одной стороны отношения можно строить с теми, кого реально знаешь, но с другой, любое сближение должно инстинктивно вызывать агрессию. Любое, если оно достаточно быстрое, чтобы быть замеченным. Это и есть те самые специфические поведенческие механизмы, которые все-таки позволяют сблизиться людям.

Весь процесс сближения людей это сложный танец, в котором каждая из сторон дает знаки другой стороне о том, что она не против очередного маленького сближения. А не против она потому, что уже достаточно привыкла к предыдущему состоянию и следующее сближение достаточно мало, чтобы не вызвать агрессивную реакцию. Если вдруг одному человеку понравился другой человек, то просто подойти и предложить секс или брак никак не выйдет. Ответом будет агрессия. Разумеется, не всегда. Существуют неожиданные или парадоксальные реакции на подобные предложения, но они крайне редки. По мнению «пикаперов» — молодых людей, практикующих именно «лобовые предложения», хотя бы телефон у девушки получается взять в среднем только на каждом 10-м запросе.

Для того, чтобы добиться взаимности, стоит «приучить» другого человека к себе. Он должен привыкнуть и, при этом, получать такой прогресс отношений, который не будет замечен системой, отвечающей за внутривидовую агрессию. По наблюдениям К.Лоренца, дикая гусыня именно так добивается взаимности гуся, в которого она влюблена, но который на нее не обращает внимания. Она просто все время находится поблизости, пока тот не привыкнет к ней и, привыкнув, не начнет проявлять знаки ответного внимания. Если не будет привыкания, то инстинктивный порыв сближения с представителем противоположного пола будет преодолен более сильным инстинктивным порывом агрессии по отношению к нему же. Кроме диких гусей и все другие животные, которым свойственна внутривидовая агрессия, используют тактику постепенного сближения. При этом, проявление агрессии как первой реакции не зависит от пола. Несмотря на расхожий стереотип, что все мужики – кобели, очень мало мужчин на улице согласятся переспать с незнакомой девушкой, которая предложит им секс.

Агрессия это не нечто плохое и не нечто такое, что мешает нам жить. Если бы не агрессия, люди бы никогда не знали любви или дружбы. Сближение, взаимное доверие, взаимопомощь могут быть эффективны и приятны только в том сообществе, где от соплеменников ждешь конкуренции и агрессии. Пара друзей всегда будет сильнее и лучше остальных одиночек. Любовь как чувство — это обратная сторона агрессии и ненависти. Нельзя представить себе влюбленную селедку или муравья – им их собратья безразличны. Они не выделяют для себя никого из окружающих. Взаимное влечение распознается нами лишь потому, что в норме мы взаимно отталкиваем друг друга и не пускаем к себе в личную сферу. От любви до ненависти не один шаг. Они суть одно и тоже.

По сути:

  • Любые отношения только тогда таковы, когда в них присутствует прогресс. Крайне мало успешных супружеских пар произошли от романов, длящихся годами.
  • Человек использует секс как вид социального взаимодействия, как ритуал сближения. Это естественно для особей противоположного пола стремиться к сексу, даже если они не подразумевают организацию семьи.
  • Любое сближение у людей успешно только тогда, когда оно постепенно. Знаки внимания и проявления симпатии должны быть взаимны и не торопить события. Если вам кто-то нравится, то лучше всего будет начать путешествие к браку с невинного общения, постепенно занимая все больше места в жизни этого человека. При этом, всегда стоит думать о прогрессе.

[1] Pringle, H.L. et al. 2001. The role of attentional breadth in perceptual change detection. Psvchonomic Bulletin & Review 8: 89–95(7). Simons. D.J., and Chabris, C.F. 1999. Gorillas in our midst: sustained inattentional blindness for dynamic events. Perception 28: 1059–1074.

[2]  Спекулируя на несовершенстве человеческого восприятия, Питер Уотс написал фантастический роман «Ложная слепота».

[3]  К.Лоренц. «Агрессия или так называемое зло».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *