Власть и общество

Джаред Даймонд в своей книге «Ружья, микробы и сталь» (Jared Diamond «Guns, Germs and Steel) в главе, которая называется «от эгалитаризма к клептократии » указал: «… должно было стать очевидно, что при вождествах впервые выкристаллизовалась фундаментальная дилемма всех централизованно управляемых, неэгалитарных обществ. В лучшем случае такие общества делают доброе дело, предоставляя дорогостоящие услуги, которые отдельные люди организовать для себя просто не в силах. В худшем — функционируют как клептократии, беззастенчиво перераспределяющие совокупное богатство общества в пользу высших сословий. Эти две функции, благородная и эгоистическая, неразрывно связаны, хотя чаще всего одна из них выражена сильнее, а другая слабее. Разница между клептократом и мудрым властителем, между бароном-разбойником и общественным благодетелем лишь количественная — это вопрос того, какую именно долю от дани, полученной с производителей, удерживает элита и доволен ли народ тем, на какие публичные нужды перераспределяется остальное. «

Таким образом, так или иначе, любая власть в той или иной мере клептократична. Уровень клептократии, который может позволить себе власть, зависит, как показано выше, от уровня организационных издержек, которые должно понести общество для смещения власти, от наличия конкурентов, способных мобилизовать малые законспирированные группы и, разумеется, от размера общества. В малых прозрачных обществах — племенах, уровень клептократии минимален. В больших, управляемых при помощи поддерживающих монополию власти на информацию чиновников , он может достигать непропорционально больших значений при одновременном сохранении относительной лояльности масс к правителю.

 Д.Даймонд указал на четыре очевидные вещи, которые вынужден совершить клептократ для удержания власти:

  • Разооружить населения и вооружить элиту. Описанной выше терминологией — увеличить одновременно как организационные издержки группы (требуется, как минимум, конспирация) так и издержки на добычу общественного блага — смещение тирана.
  • Перераспределить собранную дань так, чтобы добыть некоторое количество общественных благ. Соответственно, уменьшить издержки для общества от своего существования. Также, стоит заметить, что в условиях монополии власти на информацию, правитель может выбрать некий сегмент общества, который можно беззастенчиво грабить и одновременно улучшать в некоторой степени благосостояние для другого сегмента, обладающего большей численностью или большей силой по сравнению с первым. То есть, правителю достаточно уменьшать издержки от своего существования не для всего общества, а для выбранного большинства (численного или силового).
  • Выстроить идеологию или религию, которая оправдывала бы клептократию и уменьшала бы «информационную энтропию» среди населения, превращая его в сообщество единомышленников, готовых жертвовать собой ради общей цели. До появления социальных сетей, никакой другой альтернативный путь гомогенизации мировосприятия у населения, не был доступен вообще . Что важно заметить, именно на религиозную или идеологическую поддержку клептократы расходуют существенную часть собранной дани.
  • Употребить монопольное право применения силы на благо. Описанной выше терминологией, выстроить систему принуждения и избирательных мотивов для добычи общественных благ выбранной половине населения.

Реализовав на первом этапе до конца первый пункт, клептократ вынужден уделять внимание оставшимся трем. Стимуляции активности клептократа к поиску новых решений способствует все та же информатизация групповых действий, приводящая к сокращению организационных издержек группы. Группа, научившаяся писать и вести протоколы принятия коллективных решений и составлять правила принятия таких решений сильнее неграмотной группы. Группа, владеющая своим СМИ — еще сильнее, а группа, мобилизованная социальной сетью сильнее всех предыдущих. То есть, в современных условиях безоружная группа несет крайне незначительные организационные издержки и имеет дело только с издержками по добыче общественного блага.

Затем клептократ регулирует второй пункт. Регулирует до тех пор, пока ограбленной части общества становится нечего терять, кроме своих оков и эксплуатируемая часть мобилизуется для защиты своих прав, преодолев организационные издержки или воспользовавшись развитием технологий, их уменьшающих. Что и произошло на рубеже 19-20 веков с равзитием профсоюзного движения и организаций типа Коминтерн и Социнтерн.

Клептократу остаются два последних пункта, которые напрямую зависят от процесса перераспределения собранной дани уже без возможности грабежа части населения. Если на предыдущем этапе клептократ решал вопросы при помощи перераспределения тяжести дани среди населения, то на этом этапе клептократ уже начинает расходовать собранную дань. Если клептократ возьмется за 3-й пункт, как явно более дешевый, то он будет выстраивать мощную идеологическую машину или тоталитарный режим. Такое явление мы наблюдали в начале и середине 20-говека. Эта практика, однако, имеет ограничения, связанные с постепенной эрозией монополии клептократа на информацию, развитием независимых или принадлежащих конкурирующим партиям СМИ, социальных сетей и повышением требований общества к прозрачности действий правителя, что выражается в возникновении понятия «публичная персона».

Наконец, реализация 4-го пункта выражается в создании все большего числа благ, которым придается характер общественных (как пример, бесплатное или условно образование и медобслуживание, немонетизированные льготы для студентов и пенсионеров). Этот процесс мы можем наблюдать с конца 20-го века, когда ряд стран в своем развитии достигли практически идеалов социализма. И сейчас степень развитости стран характеризуется именно разнообразием обобществленных благ.

При этом, в условиях асимметрии информации между властью и населением, население воспринимает такие общественные блага, как хорошие новости, не придавая значения тому, что чем больше денег потрачено на общественные блага, тем больше осядет в кармане клептократа, уже лишенного всех прочих инструментов удержания власти. И даже осознание клептократических мотивов все равно рационализируется населением: «Ну и что, что зять мэра — хозяин фабрики по

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *